“И что же я, всё-таки, тут делаю? Ах, да”, - Эйдан скользнул взглядом по королевской чете, что расхаживала среди приглашённых гостей. Зеркальный зал действительно производил впечатление. Из-за зеркал, что находились напротив высоких окон, казалось, что стены не существовало. Всё здесь кричало о роскоши, как, собственно, и подобает королевскому дворцу: позолоченные статуи, барельефы, расписанный картинами потолок, огромные хрустальные люстры… Маг к такому не привык совершенно. Даже за те пять дней, что он обитает в Версале, как приглашённый гость Марии-Антуанетты, Эйдан всё ещё чувствовал себя слишком неуютно среди огромных комнат и вычурных убранств.

Как хорошо, что королева разрешила магу остаться в своём костюме и даже предоставила ему маску, закрывающую всё лицо, чтобы придать его образу большей необычности и таинственности. Под этой маской хотя бы не было видно его недовольного выражения по отношению к гостям и вообще всему этому субботнему мероприятию, где высшее общество любило предаваться всем граням разврата, начиная от чревоугодия и заканчивая плотскими утехами, когда все уже выпивали не один бокал вина.

А всё дело было в том, что к нему за помощью обратился сам король Людовик XVI, когда узнал, что в Париж пожаловал кто-то из Бельмонтов. На самом деле Эйдан не был прямым потомком Бельмонтов. Его ветвь отделилась пару поколений назад и приобрела фамилию Драгош, но кого это волновало, если ты так же, как и Бельмонты, знаешь всё о вампирах и владеешь магией. Эйдан сперва пытался тактично объяснить Его Величеству, что он не горит желанием вмешиваться в их политические распри, но Людовик даже встретился с ним лично, приехав к нему днём под видом типичного простолюдина, потому что уже отчаялся и не знал, к кому ещё он мог обратиться. Вампиры просочились в самые верха, а королева не видела в этом ничего плохого, даже балы согласилась проводить после закатала, чтобы их спокойно могли посещать вампиры. Однако Людовик стал замечать их влияние, которое не могло привести ни к чему хорошему. Ну и ко всему прочему Драгошу обещали хорошо заплатить. Настолько хорошо, что можно было купить огромное поместье где-нибудь во Франции и не знать нужды до старости. Эйдан, конечно, вряд ли бы решился на покупку поместья, но сумма его всё равно впечатлила.

И вот он здесь. Среди веселящейся знати, куда обычным людям вход заказан, поддерживает легенду о том, что он медиум-предсказатель и фокусник по совместительству из далёкой Румынии, который вечерами развлекает королеву гаданиями на картах или хрустальном шаре и иногда демонстрирует свои магические способности. Само собой, в гаданиях и предсказаниях Эйдан ни черта не смыслил, но наговорить витиеватых фраз и напустить таинственности не составляло труда. К тому же, стоило наговорить то, что человек хочет услышать, и всё, твои способности не ставились под сомнение.

Сегодня же он должен продемонстрировать свои способности всему версальскому двору, произвести впечатление и заставить всех говорить только о невероятном маскараде Марии-Антуанетты и Людовика. Ну и это прекрасный способ втереться в доверие к знати, ведь, скорее всего, после удачной демонстрации его начнут приглашать к себе все наперебой. Вчера весь вечер Драгош пытался придумать, что он может показать, чтобы впечатлить столько гостей одновременно, не подвести ожидания королевы и не испортить план короля.

Солнце уже село, горели многочисленные свечи, гостей становилось больше, зазвучала лёгкая музыка, туда-сюда сновала прислуга с подносами в руках. Эйдан предусмотрительно держался в слабо освещённом углу, ожидая, когда его вызовет королева. Людовик то и дело оглядывался на мага, видимо несколько нервничая. И вот момент настал.

- Дорогие мои друзья! – чуть громче начала Мария-Антуанетта, привлекая всеобщее внимание, - Сегодня я хочу познакомить вас с моим новым придворным магом. Я решила, что вы все должны увидеть, на что он способен! Мсье Драгош, прошу вас, покажите нам настоящую магию!

Гости захлопали в ладоши от предвкушения, расходясь к стенам, чтобы дать магу пространство. Стоило Эйдану выступить на свет, как все взоры обратились к нему, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке. “Спокойно, это всего лишь такие же ротозеи, как и дети на площади. Простых фокусов будет вполне достаточно”. Маг вышел в центр зала, не говоря ни слова. Все затаили дыхание, даже пламя свечей перестало дрожать.
Эйдан поднял перед собой затянутые в черные перчатки руки, показывая, что в них ничего нет, но уже в следующую секунду в каждой руке оказалось по вееру чёрных карт. По залу пробежались первые удивлённые, но пока ещё тихие вздохи. А маг продолжил. Одним движением он сложил веера карт и запустил их в воздух, будто фейерверк. Карты одна за другой взлетали к потолку, но не падали, а рассыпались на множество темно-алых лепестков. Тут же дамы оживились, начав подпрыгивать и ловить лепестки, которые мгновенно превращались в чёрную дымку, стоило им коснуться какой-либо поверхности. На лицах дам появилось разочарование и озадаченность, тогда Эйдан подошёл к ближайшей гостье, отвесил ей галантный поклон, а после из ниоткуда выудил тёмно-красную розу, отдавая женщине. Он проделал тоже самое ещё для нескольких дам и даже одному светловолосому юноше, на чьём лице читался некий скептицизм, а после из воздуха достал для королевы целый букет. Мария-Антуанетта наблюдала за представлением с нескрываемым интересом и гордостью и радостно приняла цветы. Вот только длилась радость недолго. Стоило Драгошу хлопнуть в ладоши, как все цветы превратились в дымчатых птиц, что понеслись по залу, поглощая пламя свечей одно за другим. Гости заохали и засуетились. Всего за несколько мгновений весь зал погрузился во тьму, которую разбавлял лишь свет луны. Насладившись произведённой реакцией, Эйдан сложил пальцы правой руки перед собой в определенном жесте, зажигая на них маленькую светящуюся сферу. Взмах – и огоньки из сферы устремились к свечам, зажигая их. Стоило вернуться прежнему освещению, гости вздохнули с облегчением, а после радостно захлопали, высказывая всевозможные восхищения. Эйдан всё так же молча поклонился.

- Браво! Браво, мсье Драгош! – восклицала королева, когда маг приложил тыльную сторону её ладони к холодным губам своей маски. Словив одобрительный взгляд короля, он отошёл в сторону, предпочитая более не перетягивать внимание на себя.