[indent]На удивление, Цири знает, что такое скума — сам Люсьен и рассказал, когда объяснял особенности жизни каджитов. Огромные прямоходящие кошки — девушка в своем и иных мирах встречала представителей разных раз, но таких странных — еще никогда. И в памяти сразу же всплыл мягкий бархатный голос некроманта, рассказывающий про особенности этого мира. Цири обычно ложилась головой ему на колени, позволяя перебирать волосы и массировать кожу. Сейчас в голосе Лашанса больше силы, больше резкости и злости. И та же — бархатность, которую Цири знает.

[indent]Как же хочется рассказать Люсьену обо всем этом. Убедить в том, что они уже знакомы — не просто знакомы, но в будущем. Цири прекрасно понимает, как со стороны звучал этот рассказ — словно она или сошла с ума, или пытается втереться в доверие. У некроманта нет поводов доверять миру. И пока что нет поводов доверять самой Цирилле. Вспышка пламени озаряет их лица — и девушка явно может разглядеть отличия. У того, другого Люсьена отпечаток усталости на лице более заметен, но он — верил ей, верил в нее. Даже тогда, когда Цири сама в себя не верила.
Она смотрела на этого мужчину и знала, что с ним случится в будущем. И не могла кое о чем рассказать, потому что дала клятву — ему же, но в другом времени. И он все равно не поверит ни единому ее слову.
Так непривычно, так странно — видеть его не смертельно уставшим, а сильным, яростным, молодым. В принципе странно видеть молодых мужчин и женщин постаревшими или стариков — совсем еще детьми. Цири видела множество миров, времен и существ самых разных рас, но все равно не могла к этому привыкнуть.
Кстати, круги под глазами от нехватки сна можно разглядеть и сейчас, но они пока что еще не так сильно выражены.
Цири снова хочет увидеть его — того, другого Люсьена.
Ее некроманта.

[indent]— Ты словно призрака увидел, — хмыкает она — не насмешливо, беззлобно, чуть нервно. В отсветах  пламени лицо Люсьена кажется чересчур бледным, а его глаза — темными глубокими провалами, олицетворением бездонной бездны. Она и не подозревает, как близка к своей догадке — что ее действительно приняли за призрака, за видение.

[indent]«Расскажешь о нашем с тобой знакомстве?», — спросила Цири однажды, а Люсьен в ответ лишь криво усмехнулся и ответил — мол, однажды узнаешь сама.
Вот, узнала.

[indent]Цири может защитить себя — ей даже меч использовать не нужно, она ощущает силу внутри, что может выплеснуться в любой момент — в преддверии опасности. Но нет — она не хочет вредить Лашансу.
Зато он ей — хочет. И даже собирается.

[indent]— Хотела бы напасть, уже бы сделала это, — сплетает эффектное заклинание, создавая шар света — на это даже не требуется много сил, а стул, находящийся позади некроманта, сдвигает с помощью мысли.
Недаром Йеннифер была требовательной во время их тренировок.

[indent]Она чувствует его силу, его злость, недоумение, граничащее с шоком. У этой взрывоопасной смеси привкус жженых трав, влажной земли, древних останков — Цири даже кажется, что она чувствует его на губах. В любой другой ситуации она бы поддалась вперед, жадно целуя, впитывая в себя его вкус — но сейчас она ни за что этого не сделает.
Так странно, что у нее вообще возникают подобные мысли в отношении Люсьена.

[indent]Да, привкус чужой силы и злости оседает на языке, касается леденящими незримыми щупальцами кожи, едва ли не проникая под нее — в кровь. Едва заметные вибрации и колебания ощущаются не телом — нутром. Цири сразу же узнает это ощущение — это значит, что она вскоре вновь переместится. В другое место, в другое время, в другой мир — пока совершенно не ясно. Иногда Цири добровольно перемещалась в иные миры, а иногда ее вот так перекидывало куда-то против ее воли. Уж слишком нестабилен был магический фон в этом подземелье. И, возможно, причиной этому послужили опыты и ритуалы Люсьена.
А еще сама Цири использовала магию, подлив масла в огонь.

[indent]— Мы скоро снова встретимся, но я сама еще не знаю — когда, — только и успевает сказать. Обстановка мрачного подземелья и лицо Лашанса закручиваются в причудливом вихре. Цири прикрывает глаза, поддаваясь древней силе.

[indent]Шум и гам оживленной ярмарочной площади сначала едва не оглушает — по сравнению с тишиной древних подземелий. В разгаре солнечный день, вокруг лотки и палатки с разнообразными товарами, а мимо снуют люди.

[indent]— Эй, ты! Осторожнее! Как из ниоткуда возникла! — закричала какая-то дородная женщина с корзинкой в руках. Появившись среди толпы, Цири едва в нее не врезалась. Повезло, что женщина не заметила — Цири действительно появилась из ниоткуда.

[indent]Шум, который подняла вздорная тетка, привлек нескольких людей — те начали оборачиваться. И среди них Цири на долю секунды заметила знакомые темные глаза, взирающие на нее из-под капюшона.