[indent] коробки, перемотанные цветным скотчем с названием распиаренной транспортной компании, стройным рядом подпирают стену в пустой комнате. размашистым почерком подписаны на них верхние левые уголки — одежда, посуда. костюмы, конечно, занимают отдельную коробку. и книги. их много, и при переезде эверетт едва удержался от сортировки их по жанрам или по дате издания. он почти представил закатывающиеся глаза грузчиков, взгляд которых случайно [или не] упал бы на короткие справки, которыми боунс подписал свой груз, лишь бы потом разобраться, где лежат самые нужные вещи. будто не ясно, что самые тяжёлые, с книгами, и есть самые нужные.
эверетт боунс переехал в филадельфию месяц назад, но вещи доставили только позавчера. необжитый дом, купленный в спешке, но уже так понравившийся новому владельцу, теперь выглядел неопрятно, но многообещающе — сейчас он разберёт, расставит, облагородит... как в этих американских фильмах. правда, на ум приходят только триллеры или хорроры, знаете, где семья поселяется в доме, который распродавали с большой скидкой. вот только эвер не в хорроре, да и семьи, своей собственной, у него нет.
решая оставить доставленный груз — до... завтра? послезавтра? — боунс принимает совсем не свойственное самому себе решение — посетить местный клуб. ему, вообще-то, нужно отдохнуть перед началом рабочих будней на новом месте. пенсильванский университет откроет свои двери и для молодых первокурсников, и для студентов, побывавших в каждом уголке корпусов, и для эверетта боунса, нового преподавателя. он ещё не ступил на порог и не провёл свою первую лекцию, а уже устал.

[indent] слишком громко. слишком ярко.
это первый клуб, в который боунс решился зайти за несколько лет скучного [по экспертному мнению друзей и коллег] существования после смерти жены. ему сочувствовали и желали оправиться как можно скорее. но дело было в том, что эвр уже отпустил трагедию, начал жизнь заново и хранил теперь память, а не скорбь. виктория осталась добрым воспоминанием, оберегаемым собственными чертогами разума. всё ещё болело, если честно. но он пережил, отпустил. лёгкая тоска и благодарность — это всё, что осталось в памяти о ней. 

[indent]эверетт лишь в первый год учёбы в университете попробовал втянуться в ту жизнь, в которой клубы и бары занимали большую часть времени, знаете, такого среднестатистического студента. не по годам начитанный, он оставался душой компании, любил выпить, разделить косяк, но весь этот шум... раздражал. 

[indent] — виски. двойной, — эвр подпирает локтями барную стойку и изучает разноцветные бутылки позади бармена, в которых отражаются огоньки стробоскопа.
филадельфия была для него... никакой. боунс будто потерял всякий вкус к жизни и будь он сейчас хоть в самом роскошном клубе сан-франциско, хоть в крупнейшем казино лас-вегаса, всё это было бы чем-то второстепенным. каким-то секундным помутнением веселья. 
— благодарю, — отвлекается от собственных мыслей, возвращаясь в реальность. вот он стоит у барной стойки в дорогущем костюме — единственном, который всё-таки распаковал и отпарил. благо, здесь не он один подумал о дресскоде. ну хоть галстук не затянул на шее, дурень.
первый глоток обжигает горло и на голодный желудок отзывается секундной туманностью в голове. замечательно.

[indent] он ловит на себе цепкие заинтересованные взгляды девушек. непозволительно молодых и уже слишком не трезвых. оглядывает помещение и занятые столики. видимо, бронировать нужно было заранее. кто-то уже вовсю покорял танцпол, кто-то вёл непринуждённые беседы поодаль от основной суеты. кто-то [явно такие же «тусовщики» как эвер] по одиночке сидел за столиками, залипая в телефоне и, скорее всего, ожидая друзей.
фыркнув себе под нос, эвр взлохмачивает волосы пятернёй и расслабляется, устраиваясь на высоком барном стуле поудобнее.
виски заканчивается непозволительно быстро.
— повтори, — цепляет пальцами пустой стакан и отправляет навстречу руке парня, обсуживающего его половину бара.
— вы у нас первый раз? — получает заинтересованный кивок, — виски — это, конечно, классика, но визитная карточка нашего бара — негрони. попробуйте.
— мгм, давай.

[indent] эверетт пришёл за расслаблением, освобождением. за безрассудностью. что ж, именно поэтому сейчас сидит один, игнорируя всех вокруг, кроме бармена, услужливо рассказывающего об исторической части этого района, о близлежащем университете, а попутно и о себе. парень говорит и говорит, не прерываясь даже тогда, когда мешает коктейли другим посетителям.
а боунс пьёт негрони, заказывает сверху какую-то авторскую жгучую смесь на основе водки, а потом всё же получает свой виски. слушает бармена и в паузах успевает вставлять пару слов о себе.
вот это компания, эвр, ты молодец. оторвался.

[indent] в голове было достаточно никак гулко, когда он расплатился за свои напитки и, пообещав сейчас же вернуться, двинулся к выходу, чувствуя острое желание покурить.
очередь из подвыпивших посетителей продвигалась достаточно быстро и эвр почти ощутил прохладу вечернего города, когда получил ощутимый толчок в грудь и услышал тонкий вскрик.

[indent] — простите, я, наверное, слишком настойчиво пробирался к выходу, — улыбается, толком не разбирая, толкнули ли девушку на него или он сам на неё налетел.
красивая. первая мысль пролетела как-то резко, не успев остаться в подвыпитой голове. он толком не успел её разглядеть, но сразу же заприметил копну густых волос и большие глаза.