Весь замок гудел как улей, стоило едва лишь всем обитателям завидеть вдали дракона, которого уже очень давно не видели. Шепотки распространились по замку со скоростью молнии, так что Рейнира уже с самого утра слышала, что Деймон Таргариен вернулся в Королевскую Гавань.
Принцесса прекрасно помнила тот день, когда он улетел, но совершенно потерялась во времени, забыв сколько же лет назад это было? Кажется пять или шесть? Она тогда была совсем маленькой девочкой, ей исполнилось едва-едва одиннадцать. Рейнира сильно изменилась с тех пор, а изменился ли Деймон?
Ей было любопытно уже увидеть его и знай, где он сейчас, то уже побежала бы навстречу. Дядя остался в ее детской памяти веселым, умным, очень щедрым и внимательным, так как всегда знал какую безделушку ей подарить или какие сладости ее любимые. Он баловал ее наверное даже больше, чем отец, хотя Рейнира точно чувствовала своим детским чутьем тогда, что как раз таки Деймону менее свойственно такое поведение. Принцесса помнила, как иногда они вместе катались на драконах, как дядя рассказывал ей о своих многочисленных приключениях и битвах, а она слушала, даже приоткрыв рот от увлечения. Помнила, как Деймон показывал ей самые красивые картинки в книгах, когда она сидела у него на коленях, помнила, как рьяно всем заявляла, что вырастет и выйдет за него замуж, и помнила как плакала, когда принц уехал.
Сейчас все эти детские воспоминания с новой силой всколыхнулись в Рейнире и она поняла, что ни на минуту не забывала о  дяде и  волнение внутри только стало больше. Какой он стал? Помнит ли он ее? Узнает ли свою повзрослевшую племянницу?
Принцесса с трудом выбрала наряд на сегодня, чтобы Деймон точно увидел ее красивой. Этот интерес и желание уже не были чисто детскими, ей хотелось, чтобы он увидел ее как молодую девушку. Она не шутила, когда говорила, что собирается вырасти и выйти за него замуж. Вряд ли, правда, Деймон это помнит.
С самого утра по замку уже сновали слуги туда-сюда и совсем скоро Главный зал стал наполняться людьми, чтобы встретить своего принца, который за эти годы успел жениться, побывать на нескольких войнах и принесли славу дому Дракона.
Рейнира спешила теперь вместе со всеми присоединиться к встрече Деймона. Пока все его ожидали, как и Визериса, принцесса нервно переминалась с ноги на ногу, постоянно оборачиваясь к двери. Наконец-то глашатай объявил о появлении короля. Рейнира проследила как ее отец прошел к Железному трону и с достоинством сел. Матери рядом не было, так как королева скоро должна была родить наследника и ей уже было сложно ходить по длинным лестницам и стоять или  сидеть рядом с королем. Рейнира затерялась пока среди всей знати.
И вот глашатай объявил о появлении Деймона и девушка привстала на цыпочки, чтобы разглядеть его. Едва ее взгляд нашел дядю, как сердце ее замерло, а потом заколотилось где-то в горле. Рейнира даже не осознавала насколько по нему скучала все это время!
Деймон стал словно выше, сильнее, она заметила несколько новых шрамов, которых не помнила. На его лице появилось чуть больше мелких морщин, взгляд стал чуть более жестким, но это придавало ему той мужественности, которая вызвала в принцессе какой-то странный трепет. Весь его облик вызывал в ней какие-то очень странные чувства, которые она пока смутно понимала. Рейнире хотелось и броситься к нему навстречу, и при этом странная робость на минуту овладела ею. Но она быстро стряхнула с себя это странное оцепенение и протиснулась ближе к трону, чтобы оказаться почти возле отца, но в стороне, чтобы Деймон увидел ее.
Принцесса знала, что вечером будет бал, в честь возвращения брата короля. Как бы ей хотелось потанцевать с Деймоном! Пока же она лишь подождала, когда Визерис обнимется с братом, а потом и сама подошла чуть ближе, улыбаясь принцу.
— С приездом, дядя! — Рейнира вложила все свое очарование в эту улыбку, хотя сама не знала почему ей так важно, чтобы Деймон посчитал ее именно очаровательной. И внутри нее все замерло в ожидании его реакции на ее появление.

Деймону, казалось, было тесно в этих стенах, хотя замок был ему родным. Рейнира могла поклясться в том, что он чувствует себя неудобно среди всех этих гостей, которые так жаждали с ним пообщаться. Принцесса заметила несколько леди, которые старались украсть хоть толику внимания Деймона, которому на них было совершенно наплевать. Рейнире почему-то это не понравилось, хотя она и не отдавала себе отчёт в том, почему это сейчас вызвало в ней глухое раздражение.

Вокруг, как стервятники, кружили те, кому Деймон не нравился, для кого он был помехой и угрозой, кто мечтал, чтобы он сгинул в какой-то очередной битве. И для кого было настоящим ужасом предполагать, что он может стать следующим наследником трона или королем, пусть, возможно и консортом. Для Рейниры эти люди были такими же презренными, как и для Деймона, который смотрел на них свысока и с едва скрываемым отвращением.

Казалось, что ему абсолютно безразличны все: и те, кто пел ему хвалебные оды, и те, кто прятал за улыбкой наточенный кинжал. Рейнира видела, что его взгляд был устремлен только на брата, а затем обратился к ней. И внутри поднялось приятное волнение, когда она заметила, как вспыхнул его взгляд. Нет, она больше не была ребенком и он это тоже прекрасно понял и увидел. Его взгляд задержался на ее лице, словно пытаясь что-то ещё разглядеть за фиалковым блеском глаз.

Принцесса с легкой улыбкой едва кивнула на полупоклон Деймона. Ее сердце трепетало как птица, пойманная в клетку. Никогда она этого не испытывала, даже когда тайком с ее губ срывали поцелуи благородные принцы. И тем более никто из них не мог говорить на том языке, который для Рейниры был вторым родным. Только с Деймоном она могла легко общаться на высоком валирийском, языке их предков. И это было непонятно большинству окружающих, что делало их общение гораздо более интимным, даже при наличии толпы людей вокруг.

— Kessa, ao issare qrīdrughagon iā bōsa jēda, — легко проговорила принцесса, подходя еще ближе к Деймону. — Sīr gaomagon ao.
Ее голос почти превратился в шепот, и принцесса прекрасно различила двоякое чувство, присутствующее в его приветствии. Нет, их общение было совсем не похоже на то, когда она было еще девчонкой, когда он уезжал и она сдерживала слезы, не зная, когда увидит дядю снова.

И вот Деймон стоял перед ней, такой красивый, по привычному жесткий и прямолинейный. И она стояла перед ним, ожидая, что он еще скажет. Все в зале словно бы исчезли, когда принц наклонился к Рейнире.
— Подарок? — в ее взгляде полыхнул интерес, так как конечно она любила подарки и особенно, если эти подарки привозил Деймон. Его сюрпризы были для принцессы всегда особенно ценны.

Она было собиралась расспросить его подробнее, угадать, что он привез на этот раз, как бывало раньше, но Деймон кивнул в сторону галереи, где почти никого не было сейчас. Все толпились в зале, уже слегка отвлекшись от приезда принца. Деймон взял ее за руку, не спрашивая разрешения увести ее, как бывало раньше. Рейнира слегка растерянно оглянулась на других, на отца, который отвлёкся на разговор с лордом Ланнистером, который время от времени кидал взгляды на принцессу. А в конце-концов, не все ли равно, если Деймона сейчас точно никто не посмеет остановить?

— Что же это за подарок? — спросила Рейнира, когда они наконец оказались в той части галереи, где их никто особо не мог увидеть и найти.

Она с интересом заглядывала в глаза Деймону, все еще пытаясь угадать, как именно он сейчас ее видит? Все той же маленькой девочкой? Или уже взрослой девушкой? Той, что может быть интересной для него?
— Eman issare missing mirre bisa jēda, — честно призналась Рейнира, но в этих словах речь шла не об обычной тоске и Деймон мог понять это по ее взгляду, который заблестел сейчас совсем иначе, чем в зале, при всех.

Кажется, что Рейнира так долго ждала этого мгновения, когда снова увидит самого желанного гостя Красного замка. И сейчас это ожидание было вознаграждено взглядом Деймона, который словно заметил одну только принцессу здесь и его подарком, который он не собирался даже показывать при всех. Эти все, кто присутствовали при дворе, конечно, уже предосудительно смотрели на Рейниру, которая не могла глаз оторвать от принца, и на самого Деймона, который словно только к племяннице и явился. Мужчины неодобрительно качали головами, женщины втайне желали оказаться на месте принцессы. Но им двоим не было дела до того, какие сплетни изобретают мелкие умишки мелких лордов. Никому не дотянуться до высоты драконов, а кто рискнет, может быстро сгореть в его пламени.

Рейнира, не заботясь о шепоте, который ветром пронесся по залу и за ее спиной, вложила ладонь в руку дяди и позволила себя вести туда, где ничей досужий интерес не застанет их. Почти все коридоры были пустынны, ведь все собрались в главном зале, чтобы своим отсутствием не нанести оскорбление королю. Хотя кому было интересно их присутствие? Большая часть из них были мало кому известны.

Принцесса спешила за Деймоном, который быстро шагал по переплетениям коридоров замка, не все из которых были известны принцессе. Деймон знал историю Красного замка и все его тайны гораздо лучше ее самой, и она завороженно оглядывалась по сторонам, не отпуская его руку, невольно переплетая их пальцы. Вряд ли так могли ходить за руки родственники, но они могли.

Они резко остановились у полутемной ниши, где при желании можно было укрыться даже от тех, кому вздумалось бы идти по этому коридору. Рейнира подняла голову, ловя в глазах Деймона искры от огня факелов, которые отражали его внутренний огонь. Она почувствовала как ее сердце пропустило удар. Именно сейчас принцесса заметила как он изменился за время этой войны. В нем появилась сила, которая манила ее, беспощадность, с которой он относился к своим врагам, опасность, которая будоражила ее кровь и все это влекло и тянуло к нему все ее существо. В это вплеталось и другое, более взрослое и горячее влечение, бледную тень которого Рейнира испытывала при встречах с нервными юношами, но то, что она ощущала сейчас… Впрочем, принцесса ничем этого не выказала, не зная, что именно думает о ней Деймон.

Но его пальцы, коснувшиеся ее щеки,  разбили ее намерение сдерживать свою пылкость. Один только взгляд принцессы говорил о том, что она уже не маленькая девочка и ее взгляд на принца пронизан не простым интересом к его приключениям. Она слегка качнулась вперед, словно желая больше заглянуть в его глаза, а на губах появилась довольная улыбка от его слов.

— И чем же я так опасна, дядя? — Рейнира склонила голову набок, прекрасно понимая о чем он говорит, или думая, что понимает, но все же хотела услышать от него ответ.

По правде говоря и сам Деймон ощущался воплощением опасности и почему-то внутри Рейниры росло дерзкое желание идти наперекор страху этой опасности. Пусть другие его боятся, а она бы хотела повелевать этой опасностью, но конечно это было невозможно. Просто потому, что Рейнира не позволила бы повелевать собой, а они с Деймоном слишком похожи в этом и многих других моментах.

Наконец принц продемонстрировал свой подарок, который сейчас покачивался перед Рейнирой, опасно и приглушенно сверкая в отблесках пламени. Чёрная валирийская сталь, закаленная далекими вулканами их исторической Родины, выкованная в пламени драконов. И посреди этой стали кроваво-красный камень, похожий на те, которые, по слухам, есть у далеких жрецов Красного бога из Асшая. Кроваво-красный камень как дракон на стяге Таргариенов. Это было красиво, это было восхитительно и это было что-то невероятно редкое.

Рейнира смотрела на цепочку, которая кольцом обвивала руку Деймона и во всем этом моменте сквозило ощущение силы и непонятного единения, которое сложно было бы понять другим.

— Где ты это достал? Или как удалось сделать такую красоту?

Глаза Рейниры загорелись интересом и желанием обладать тут же этим украшением. Она протянула к нему руку, желая коснуться не только цепочки, но и руки Деймона. Но его просьба повернуться заставила принцессу остановиться на полпути и развернуться спиной к принцу. Ее светлые волосы легли на одно плечо, но она чуть повернула голову, чтобы краем глаза, из под полуопущенных ресниц видеть, что делает Деймон.

Закусив губу, Рейнира ждала, когда холодная сталь окажется на ее груди, а теплые пальцы скользнут по нежной коже шеи, заставляя сердце гулко колотиться в груди и вызывать легкую дрожь по коже.