Дейнерис стоило больших усилий принять предложение Тириона и Вариса, которые убеждали королеву в том, что лучше бы сначала найти союзников в Вестеросе, прежде, чем планировать нападение на Королевскую Гавань. Дени понимала, что они правы, но когда до цели, к которой она так долго шла осталось рукой подать, терпение начинало ее подводить. И тем не менее... Она родилась здесь, на Драконьем Камне, она была кровь от крови этой земли, но все же была чужестранкой. И для других лордов и леди в том числе. Дейнерис не была дурой, и не рассчитывала на теплый прием и реюшие повсюду стяги Таргариенов. Это ее брат верил в эту красивую сказку, которую ему медом лил в уши магистр Иллирио, преследуя свои собственные цели. Дени же прекрасно знала и понимала, что никто ее не ждет в Семи Королевствах, возможно, за редким исключением.
Поначалу все вообще думали, что род Таргариенов прервался, но потом стали появляться слухи про то, что дети Эйриса еще живы. Но никто не думал всерьез, что они смогут добраться до дома, не имея союзников и самое главное, драконов, которые в свое время и помогли Эйгону Завоевателю подчинить себе фактически все королевства и заложить начало великой династии. Но когда слухи о том, что дочь Безумного Короля не только выжила, но и сумела возродить драконов, тогда все сразу занервничали. И именно тогда Дейнерис не раз подвергалась разным покушениям, а значит, ее боялись. Если боялись, то наверняка кто-то и ждал возвращения законной королевы. Но пока трудно было сказать кто именно, потому что прибыв в Вестерос, Дейнерис поняла, насколько всех запугала Серсея, и насколько огромный хаос творится на ее родных землях.
Первым ее желанием было сразу же полететь на своих драконах в Королевскую Гавань и, используя эффект неожиданности, захватить Красный Замок. Но, конечно же, это было слишком рискованно, да и ее войск не хватит, чтобы осадить замок, тем более зная, что он был построен так, что ни разу не был разрушен и ни разу не пал. Поэтому королева прислушалась к своим советникам и теперь ожидала прибытия тех лордов и леди, которые могут быть на ее стороне, учитывая то, что Серсея сумела нажить себе немало врагов. Это было на руку Дейнерис, осталось только суметь договориться с ними, ведь у них не будет к ней мгновенного расположения, поэтому придется постараться убедить их, что во-первых, она действительно может быть справедливой королевой, а во-вторых, что она не похожа на своего отца.
Дейнерис знала, что вскоре на Драконий камень прибудут леди из разных концов Вестероса. Санса Старк, как Хранительница Севера - пожалуй, у ее семьи больше всего причин ненавидеть Серсею и быть заодно с драконьей королевой. Она была наслышана о том, как расправились с Недом и Кейтилин Старк, а также с их сыном Роббом. Ожидалась также Эллария Сэнд, правительница Дорна. Ее любовником был один из сыновей дома Мартелл - Оберин, и он погиб в Королевской Гавани от рук верного рыцаря Серсеи - Григора Клигана, по прозвищу Гора. Яра Грейджой, леди Железных Островов, у кого накопилось тоже немало претензий к Серсее, к тому же дядя Яры, насколько знала Дейнерис, собирался объединиться с леди Ланнистер, или уже это сделал. И последняя, хотя прибыла она первее всех, несмотря на свой почтенный возраст, был хранительница Юга, леди Оленна Тирелл. Ее внучка и внук тоже пострадали от рук Серсеи и поэтому она была также ценной союзницей. К тому же за спиной каждой из этих женщин были огромные армии и много золота. И самое главное, они были теми, кто держал в своих руках власть, как и сама Дейнерис, поэтому она предполагала, что они смогут найти общий язык. Если ей удастся предложить и им что-то важное, взамен на их поддержку.
В Палате Расписного Стола пока не было никого, за исключением Серого Червя и Миссандеи. Тирион направился провести леди Тирелл сюда, а остальные занимались другими важными поручениями. Этим двоим Дени доверяла как самой себе, так как Безупречные славились своей безукоризненной преданностью, а Миссандея была ее самой близкой подругой и советницей.
Наконец Десница Дейнерис оказался в Палате вместе с первой гостьей. Леди Оленна была невысокой, сухопарой женщиной, которой, Дени не могла бы сказать сколько лет. Но жизнь она прожила явно долгую и интересную. В глазах женщины светилась мудрость и сила жизни, и в целом она выглядела своенравной, такой она была и в молодости, скорей всего. Дени сразу ощутила в ней сильный характер и это ей понравилось, так как она и сама была такая. Сила уважает силу. Даже несмотря на то, что Хранительница Юга опиралась на трость, она все же держалась очень прямо и с достоинством.
Дейнерис лишь бросает быстрый взгляд в сторону Тириона, и тот удаляется ожидать других гостей, а сама королева приветливо и слегка улыбается старой леди.
- Рада приветствовать вас на Драконьем Камне, леди Тирелл. Прошу вас, -  Дени жестом руки приглашает Оленну присесть в кресло справа от стола и себя. - Не беспокойтесь, ждать вы меня не заставили. Надеюсь, вас встретили как подобает?
Дейнерис всматривалась в эту женщину, которая почему-то ей сразу понравилась. Возможно потому, что у самой Дени никогда не было ни матери, ни сестры, ни бабушки, никого, кто мог бы быть ей советницей со стороны женской мудрости?
- Я очень ценю, что вы приняли мое приглашение! И, надеюсь, что мы сможем в дальнейшем прийти и к сильному союзу, так как думаю, вы знаете, зачем я пригласила вас сюда, призвав совершить такое неблизкое путешествие...
Конечно же, все эти церемонии не были просто знакомством и визитом вежливости. Перед всеми стояла куда более серьезная и сложная задача, которую каждой из леди донесли посланники Дейнерис.

Драконий Камень всегда встречал гостей холодным ветром, с хребтов которого уносился в небо пепельный туман. Серые облака над крепостью, что казалась высеченной из самой скалы, не таяли даже под дыханием драконов — словно и небо, и море, и сама земля помнили силу крови, разлитой в этих стенах. Ветры войны гнали корабли к побережью, где древняя сила ждала своего часа, но сегодня Дейенерис Таргариен принимала не воинов, а, можно сказать, королеву без короны, женщину, чье слово весило не меньше, чем меч.

Визит Оленны Тирелл был как порыв холодного ветра, резкий, ощутимый, несущий аромат роз и крови. Острые глаза леди Простора внимали каждому слову, каждому жесту Дени, словно она не просто слушала, но взвешивала — и королеву, и трон под ней. Дейенерис сидела на своём месте, словно трон уже принадлежал ей по праву, но внутри она ощущала холод, схожий с тем, что приносит зимний шторм — то была сила, присущая только тем, кто видел падение собственного мира и не сдался.

Оленна говорила с ней спокойной, но за ее словами таилась другая речь, скрытая — как лезвие кинжала в складках шёлка. Но Дени не боялась, нет. Леди Тирелл скорей всего боялась отголоска безумия в глазах новой королевы, и потому, в глазах Оленны она видела прежде всего, вопрос: кем окажется Бурерождённая — безумной, как её отец, или достойной власти, как сам Завоеватель?

Когда Оленна спросила, знает ли Дейенерис, зачем её, Леди Простора, пригласили сюда, юная королева не ответила сразу. Тишина растянулась, как тетива, и вот уже её сердце билось чаще. Она знала ответ, но позволила себе выдержать паузу, чтобы самой уловить пульс этого разговора, чтобы ощутить вес слов и шагов, что вели их к союзу — или к войне.

«Я призвала её не ради лести и не ради милостей. Её народ и её земля — плодородный Простор — могут стать моими или встать против. А потому я призвала не просто союзника, но определенное испытание. Если она согласится, то я узнаю цену её слова. Если откажется — цену её вражды.»

— Упрямство — черта Таргариенов. Так о нас говорят. Упрямство, граничащее с безумием. Но я училась у изгнания терпению, у смерти — смирению, у драконов — власти. И всё же моё упрямство не сломило меня. Оно привело к этому моменту, только поэтому я здесь, дома.

Леди Оленна смотрела внимательно, и в её взгляде Дейенерис уловила то, что прежде видела у старейшин великих городов Эссоса — легкое презрение к молодости, но и тень интереса. Розы Тиреллов пышны, но стебли их полны шипов. Они не склонились перед Ланнистерами, не пали от ударов Севера. Они выжили — и сейчас выживали вновь.

— Я призвала Вас, леди Оленна, потому что мне нужны союзники, которые не склоняются куда ветер подует, но решительно действуют. Те, кто верен не страху, но делу. Вы — такая. Ваш внук — надежда Вашего дома. А я — надежда своего рода.

Слова были сказаны, но истина всё ещё таилась под ними.

Леди Тирелл пришла, зная, что скорей всего ей предложат брак. Уиллас — наследник Хайгардена, и через него Тиреллы могут сесть на трон, не пролив крови, но посадив семена надежды. Однако Дейенерис знала и другое — если она примет это предложение без размышлений, ей не простят слабости. Если отвергнет — не простят гордыни.

«Тиреллы хотят будущего, где Простор процветает. Я — будущего, где трон больше не принадлежит тем, кто не ценит народ. Мы можем получить все. Но на условиях, которые не разрушат мою волю, не затмят мою силу.»

Она встала, позволив складкам тёмно-красного плаща упасть к ногам, как кровь, что сливается с камнем. За её спиной раздался рокот — Дрогон мелькнул за окном замка, почувствовав, что голос хозяйки звучит как предвестие бурь.

— Мне не нужны куклы на ниточках, мне не нужны пустые слова и почести. Я ищу равных. Я знаю, что значит потерять всё и вновь подняться, и если Ваш дом знает это тоже — мы вместе найдём путь к лучшему будущему.

Она подошла ближе к Оленне, не как девчонка, молящая о помощи, но как королева, говорящая о сделке, что изменит исход войны.

— Я думаю, что Уиллас достоин трона Простора, также как и я достойна Железного Трона. Вместе мы можем создать мир, в котором ни Вы, ни я никогда не будем пешками в чужой игре. Я готова предложить Вашему внуку то, что предложил бы Завоеватель — место рядом со мной, не за моей спиной.

И в этот момент тишина стала громче слов. Дейенерис знала — мудрая женщина перед ней понимает цену власти. Но понимает ли она цену драконов? Пламя, что принесла с собой Таргариен, не утратило силы, и если Варис и Тирион решат сыграть в свои игры, то пламя сожжёт их. И пусть пока Оленна видит лишь угрозу в её советниках — истинная угроза всегда выше и сильнее. Она — в огне, который только ждёт приказа.

Огонь и кровь. И Розы должны решить — увянут они в пепле, или зацветут в пламени.