Прибыть в Дорн следовало хотя бы ради того, чтобы увидеть, как змеева шлюха подзывает Паука, словно собачонку. Оленна, впрочем, не удивилась ни увидев лорда Вариса в Водных Садах, ни тому, что он откликнулся на подобный призыв. Он предпочитает служить тем, кто обладает большей силой, а потому поспешил поклясться в верности Бурерождённой: драконы — это огонь, облечённый плотью, а огонь — это власть. Интересно, как Мастер над Шептунами поступит, если сребровласая королева окажется смышлёной и не станет его слушать? Избавится ли от последней из Таргариенов, коль она пожелает действовать по-своему? А после, где отыщет владыку посговорчивее, и, если в итоге подходящего не найдётся, неужто сам сядет на Железный Трон?
«Не в этом ли его конечная цель?» — думается старой леди, делавшей вид, будто обещание возмездия, справедливости, огня и крови её и правда интересуют. Приглашение прибыть на Драконий Камень она принимает, потому что не приглашение это вовсе, в том сомнений не возникает. Однако, обсудить заманчивые предложения советников Дейенерис стоило с Уилласом, им с наследником Хайгардена придётся действовать деликатно. Евнуху о её остановках знать, разумеется, не обязательно – он свой долг исполнил, а потому спешно собирается в обратный путь, дабы продолжать плести интриги во имя новой королевы или боги знают кого ещё. Леди Оленне тоже предстоит неблизкая дорога домой, до замка пять дней пути, которые большей частью придётся потратить на размышления и планы (расстановка сил кардинально изменилась, к ней придётся приспосабливаться). Впрочем, если не повезёт и в третий раз, придётся думать о четвёртом варианте развития событий.

—Уиллас нужен мне в саду, в изумрудной беседке, —служанка начинает открывать рот, чтобы возразить, но старая леди опережает её: —Сейчас же. А если скажешь, что сначала я должна отдохнуть, стукну тебя по голове, —предупреждает Тирелл, приподнимая трость к глазам молоденькой девицы, дабы та повнимательнее рассмотрела угрожающего вида набалдашник из резной кости. — Ступай, — без лишних слов юная прислужница спешит исполнить поручение Королевы Шипов. Можно не сомневаться, что сегодня её приказы будут исполняться чуточку быстрее – слуги по струнке ходят, когда в очередной раз узнают, что Оленна не в духе, а нынче постараются сделать всё, что от них требуется и не попадаться на глаза, пока вновь не услышат властный голос, раздающий поручения.
Её раздражение, впрочем, вполне понятно и объяснимо. Как известно, Тиреллы раньше были лишь стюардами, пока Завоеватель не испек на Огненном поле короля Мерна Гарденера, четверых его сыновей, внуков, братьев, кузенов и прочих родственников. Когда последний из рода скончался от ожогов, Харлен Тирелл благоразумно сдал замок Эйгону, присягнув ему вместе со своей семьей. За то и получил лордство, звание Хранителей Юга и Защитников Простора. С тех пор Розы верно служили драконовластным, но при всём при этом предпочитали держаться от придворных интриг как можно дальше. У её дома не было достаточных ресурсов, чтобы вступить в игру престолов, да и с игроками не сказать, чтобы повезло. Её супруг был олухом, её сын – тоже, лишь у внуков были не только амбиции, но и светлые головы на плечах. Оленна, тем не менее, предпочла бы выждать ещё некоторое время, но Мэйса захватили перспективы, открывшиеся после смерти Роберта Баратеона, и мудрых советов он уже не слушал. Когда перед мужчинами начинает маячить венец, их головы, на которые они собираются его возложить, начисто перестают соображать. Её сын поплатился за это, а потому ей важно убедиться, что блеск короны не ослепил и наследника Хайгардена, тем более если Дейенерис столь красива, как леди Тирелл уверяли и пленить внука ей будет несложно.
«Многовато «если»», — сей прискорбный факт нужно признать и считаться с ним.   
—Устраивайся поудобнее, милостью Богов милорд наследник Хайгардена, нам предстоит долгий разговор, — переходит прямо к делу старая леди. —Тебе предстоит отправиться на Драконий Камень и поклясться в верности драконьей королеве, — произносит женщина, пригубив тёплого вина со специями. —Я предстану перед Бурерожденной первой, и лишь после того, как поговорю с ней, ты преклонишь колено. А после между нашим домом и её будет заключен союз, — продолжает леди Оленна. —Возможно, она станет твоей женой, — юная королева и её советники могут пообещать, что угодно, дабы привлечь на свою сторону один из великих домов, но в итоге Дейенерис отдаст свою руку наиболее выгодной партии. Сейчас таковой является Уиллас, вот только если в руках драконовластной окажутся все Семь Королевств, она может изменить своё решение. Договорённостями, особенно не скреплёнными ничем, кроме слов, владыкам можно пренебречь, а напоминание об оных не понравятся им почти так же, как трём драконам, что величественно парят над замком. — Ситуация осложняется присутствием наших старых знакомых – лорда Тириона и лорда Вариса, — произносит леди Тирелл, отправляя в рот несколько виноградин. —Эти двое предложили последней из Таргариенов брачный союз с нашим домой. Как думаешь, почему им выгодно породнить Дракона именно с Розами? — спрашивает Королева Шипов. Прямо сейчас ей нужно убедиться в том, что Уиллас не воспарил в облака от одной только мысли стать королём-консортом, пусть даже призрачной. Ответ на заданный и довольно простой вопрос леди Оленне это покажет.

Отредактировано Olenna Tyrell (2024-11-10 20:53:02)

Один из множества мудрых мужей, коих леди Оленна пережила, в недобрый час волка изрёк, будто война всего лишь продолжение политики иными средствами. Он, к слову, погиб на поле боя, и остаётся лишь гадать, был ли он согласен со своим казавшимся остроумным и исполненным смысла изречением в момент собственной кончины. Нет, милорд, чьё имя забыто богами и людьми, политика – это политика, а война – это война. Когда можно решить дело пером и чернилами, тем обычно и обходится, но стоит чаше весов даже качнуться в пользу одного из игроков в престолы, как новоявленный любимец богов начинает думать, будто может претендовать на большее. Порой эти амбиции оправданы, но чаще всего – нет. Эйгон вошел в историю семи королевств Завоевателем, а не жестоким захватчиком, нынешняя же грызня за наследие Таргариенов наречена войной пяти королей, в которой ни один из претендентов на Железный Трон не может взять верх. Безжалостная свара, которую не стоило затевать и уже невозможно прекратить, пока всё и вся не обратятся прахом. Когда слишком многое разрушено, когда кровь льётся рекой, остановиться значит обречь себя на участь куда более зловещую, нежели встреча с самим Неведомым. Ведь если хоть на мгновение перестать сеять смерть, придётся не только ужаснуться масштабу разрушений, но и понять, что цена чужого честолюбия оказалась слишком высока. Государям не пристало омрачать свои светлейшие головы подобными сумрачными мыслями, есть ведь вполне сносная и куда более предпочтительная альтернатива – продолжать войну да мечтать о победном её завершении.
—Она может быть как Рейгаром, так и Эйрисом, а может быть ими обоими, — пожимает плечами леди Оленна, разламывает сыр на несколько небольших кусочков. —Но, если Евнух и Полумуж втянут её в игры престолов, безумие сребровласой королевы, если она и правда плоть от плоти своего спятившего отца, грозит нам куда меньшими проблемами, нежели безумие ланнистерши, — своенравную Львицу пора скормить Дракону, в этом больше никаких сомнений нет. Из-за Серсеи был убит Мэйс и едва не погибла Маргери, так что свою судьбу дочь Тайвина решили сама. Нет бы вернуться в Кастерли Рок и развлекаться с братом, с кузеном или боги знает с кем ещё, но какое там, мёртвой хваткой вцепилась в титул «королева-регент» и решила, будто оный сделает её хоть сколько-нибудь сносной правительницей. Оленна недостаточно быстро поняла, что Серсея мнит себя умнее не только своего отца, но и вообще умнее всех на свете. Старая леди поначалу считала женщину неопасной, но увидев её легкомысленность, жадность и полное отсутствие терпения, поняла, что от неё, как и от переспелого сосуда с диким огнём, можно ожидать чего угодно. Что ж, на свете есть лишь три вещи горячее дикого огня: подземный огонь, летнее солнце… И драконье пламя.
«Ввязываться»», — узких её губ касается мимолётная усмешка. Дому Тиррел повезло с наследниками, — «Ты выбрал любопытное и очень верное слово для сложившейся ситуации, Уиллас», — глоток разбавленного водой вина и несколько кусочков сыра спустя, Королева Шипов продолжает:
—Дейенерис захватила Залив Работорговцев без советов Тириона и без нашёптываний Вариса. Она знает, как выглядит успех, и если в Вестеросе её постигнет неудача, Её Величество вполне обоснованно поставит таланты своих советников под вопрос, — известные ей военачальники часто проводили время, погружённые в карты, с суровыми видом расставляя на них фигуры, прочерчивая символы, стрелки, линии и прочую ерунду, оглаживая бороды и попеременно то кивали головами, то качали ими. На этих ветхих клочков бумаги, испещрённых названиями земель, рек и городов, прижатых к походным столам тяжелыми кубками да латными перчатками, войны заканчиваются стремительно, а атакующие неизменно одерживают блистательную победу над коварными врагами. Сумятица, неразбериха, лязг оружия, стоны раненных, покрытые пылью и кровью тяжёлые доспехи, чей вес становится всё тяжелее с каждым ударом меча – всего этого нет ни на картах, ни в головах командующих. Они и сами не скрывают, что мыслят иными категориями: их удел – тактика и стратегия. Они даже не подозревают, что войны выигрывать люди.
—Тогда рядом с ней должны оказаться разделяющие её сомнения и обеспокоенность вассалы, — которые в общем-то лишь озвучат прискорбную истину – ни Бес, ни Паук сделать это либо не смогут, либо не захотят. Оба по-своему умны, им не откажешь в хитрости, в умении плести свои и разоблачать чужие интриги, но на деле ничем не отличаются от всё тех же военачальников, сулящих своей новой королеве лёгкую и бескровную победу лишь на картах. Мудрые их советы сводятся к милосердию по отношению к простолюдинам, вот только на самом деле они куда больше беспокоятся за собственную судьбу. Знати не нужна решительная королева, такая не будет довольствоваться словами, такая пожелает реальных результатов, которые вассалы далеко не всегда готовы предоставить. Что до обычных людей, они с радостно примут любого, кто пообещает, что знать оставить их в покое. Так было всегда.
—Вряд ли молодая девушка воспримет всерьёз советы старухи, — и винить за это драконовластную сложно. Она прошла длинный и сложный путь, успев обзавестись громкими титулами, а потому неудивительно, что собственные мнение и опыт поставить на первое место.
—Но она может прислушаться к тебе, Уиллас, — сложив руки в замок, произносит Оленна. —И слова эти должны отличаться от моих. Что ты ей скажешь, милорд наследник? — с улыбкой спрашивает леди Тирелл.

Леди Оленна усмехается, стоит внуку упомянуть Рейгара. Благородные девицы и простушки считали его красавцем, а грандлорды – перспективным правителем. Основания на то были, ведь юноша добивался превосходных результатов во всём, за что брался, был хорош как на ристалище, так и с арфой в руках, однако, несмотря на восхищение своей персоной, не стал тщеславным, оставаясь меланхоличным, любящим уединение и читавшим больше, чем следовало бы. Придворные поговаривали, будто все его книги о славном прошлом Древней Валирии, о предсказаниях и конечно же о драконах. Король Эйгон Пятый, прадедушка Рейгара, был одержим идеей их воскрешения даже больше своих предшественников, но попытка вновь привести в мир давно покинувших его существ закончилась в Летнем замке чародейством, огнём и горем. Юноша, родившийся в день трагедии, часто в одиночку возвращался к руинам разрушенной резиденции, спал в чертоге и слагал пронизанные болью баллады о сумерках, слезах и гибели королей. Было ли это безумием, лишь иначе проявившимся? Возможно. Где замешаны Таргариены, там вообще всё возможно…
—Чистосердечие весьма похвальное качество, — молвит леди Оленна, вновь принимаясь за оставленные без внимания фрукты и сыр. Уиллас следовал собственным советами – слушал советы, делал выводы, принимал решения – и под его руководством Простор процветал. Первенец Мэйса умён, образован, а главное опытен в непростой науке управления: в какой-то момент стало очевидно, что наследник Хайгардена куда более способный лидер, нежели его отец. Будущее простора в надёжных руках, а вот будущее Семи Королевств… Это только предстоит узнать. — Но сребровласая королева знала лишь предательства, а потому может решить, что твоя честность показная, — нельзя винить последнюю дочь дома Таргариен за подозрительность, даже за паранойю. Но дать из-за них пострадать Тиреллам старая леди не собиралась. — Даже когда у неё не было ничего, в бывшей принцессе продолжали видеть трофей. Теперь же Дейенерис обрела могущество, о котором прочие владыки и мечтать не смели, — добавить к этому образ королевы в изгнании, готовящейся вернуть себе власть над империей Эйгона Завоевателя, последней из аристократической династии, что ведёт свой род из легендарной Древней Валирии и в желающих услужить недостатка не будет. —Ты прав, женщинам, решившим взять свою судьбу в собственные руки, советовать непросто, — улыбается урождённая Рэдвин, ныне леди Тирелл. Договорённостью, которой был не один год, она пренебрегла без намёка на страх или угрызения совести. Такая решительность подействовала даже на её лорда-отца, не говоря уже о брате. Рансфорд сумел свести последствия «скандала» к минимуму и даровал дочери своё благословение. И ни разу не пожалел о том дне, когда породнился с хранителями Юга. — Если советы будут ей неинтересны, постарайся убедить в том, что она сильна. И что сильнее неё нет никого на свете, — в период бессилия жестокость принимают за твердость, и, если Дейенерис почувствует, что проигрывает, почувствует, что она стала слабой, Семь Королевств ждёт катастрофа. Сребровласой королеве тут же припомнят безумие, с которым приходит в мир каждый Таргариен. Не забудут и все прочие несчастья, от которых она никого не спасла, пусть даже виновата в них вовсе не Бурерожденная, а пять безмозглых индюков, что развязали кровопролитную войну. Вот только почти все они мертвы, с них спроса нет, а обвинить уже хоть кого-нибудь очень хочется. Тирион и Варис почти наверняка предложат грандлордам ополчиться на дочь Эйриса Безумного. Лучшей кандидатуры не найти…— Это будет несложно, в конце концов у неё армия дотракийцев и три дракона. Справишься?