Привет, Солнце. Хочешь, я научу тебя жить? Буду заплетать тебе косы из солнечных лучей, смеяться журчанием ручья, а потом касаться твоего ярко-алого румянца и находить в тебе счастье. Привет, Солнце. Хочешь, я возьму тебя за руку и никогда-никогда больше не буду отпускать? Осторожно проведу пальцами по спине, вызывая волны мурашек, загляну в твои бездонные глаза цвета пасмурных облаков. Привет, Солнце. Ты же знаешь, что можешь доверить мне весь свой безграничный мир, который ютится в твоем сердце? Я закрою за собой дверь, когда туда войду. Осторожно вдохну запах полевых цветов, что пропитал тебя насквозь несмотря на холодное время года за окном. Привет, Солнце. Ты же знаешь, что ты – мое Солнце? То самое: опаляющее, единственное, вокруг которого моя солнечная система без устали вращается каждый день.

Эти слова были взяты из какой-то книги из детства, и голос, произносящий их в мыслях, слышится с нотами света.

Состояние беспамятства, когда воображение не может выстроить никаких кошмаров, то незначительное, что приходится ощущать в данную секунду, потому что она действительно осознаёт, насколько сильно утомлена постоянными попытками выжить. Подрагивающими пальцами девушка едва прикасается к кому-то и чувствует краткий импульс, который начинает зарождаться в области кончика пальца, а после рывком распространяется по всему телу. Быстро и ярко это вынуждает сделать едва-едва неровный вздох, когда за прикрытыми веками, виднеются то ли пятна бензина, разлитые по луже, то ли вспышки многочисленных фонарей. Флёр сонливости смазывает каждую острую границу восприятия реальности, чтобы рёбрам было не так больно, словно так и должно быть… Так и должно быть? Мышцы не подчиняются импульсам, направляемым мозгом. Сквозь сон она сжимает чужие пальцы своими, ощущая шероховатость кожи, а между делом слышит тихие слова, желая на них ответить, но получается только издать невнятное бормотание. Мысль скользит медленно, будто из одного сосуда в другой перетекает; укол страха, хоть и приглушённый, ощущается глубоко внутри, потому что есть понимание того, что завтра поутру она проснётся опять в холодном подвале без какой-либо надежды на будущее. Струна лопнет, мир обратится во тьму, солнце зайдёт за горизонт и не выйдет обратно. Темнота настигнет с закатом, символично подводя итог жизни, но пока она ещё здесь. Живая. Чувствующая.

Всё прерывается посторонним шумом, вынуждающим её открыть глаза и прищуриться из-за того, что свет резко бьёт по воспалённым глазам. Если так ощущается смерть, значит это то, что она так долго искала, пытаясь найти хотя бы какой-то маломальский смысл в собственной жизни, но видя его лишь в том, чтобы рисковать раз за разом до полной бессознательности, ведь иную истину обнаружить пока что не удаётся. Тело всё дрожит, ощущаясь ватой, Люба не отдаёт себе отчёта в том, что сейчас она настолько расслаблена, насколько позволяет быть ситуация, хотя разум по частицам начинает собираться обратно, пытаясь образовать нечто похожее на мыслительный процесс, который даст толчок и понимание того, кто она, а вместе с тем где находится.
Все ощущения сразу обостряются, впитывая обстановку вокруг каждой клеткой тела. Вместо того чтобы ответить на предложение поесть, девушка лишь согласно кивает головой. Впиваясь дрожащими пальцами в стакан, она сильнее прижимается губами к стеклу, испугавшись, что сейчас воду снова заберут.  — Семья решила, что органы опеки и воспитатели детского дома смогут позаботиться обо мне лучше. Тихий голос вспарывает брюхо тишины, заставляя её шевелиться, ворочаться, разрезая сгустившийся воздух между ними. И снова будто бы пелена. Как саван забвения, в котором так нестерпимо сильно хочется утонуть. Отняв наконец стакан от губ, Люба медленно поворачивает голову, чтобы рассмотреть парня. — Самое необычное предложение о работе, которое мне делали. Закашлявшись в попытке улыбнуться, Люба снова тянется к стакану с водой. За всё на свете рано или поздно приходится платить. Невозможность быть счастливым и свободным от прошлого или будущего, самого себя или людей вокруг — каждый вздох требует дань. Она узнала об этом ещё в детском доме.
— Почему я здесь? Они ведь наняли тебя, чтобы ты закончил начатое ими. Произносится это так легко, как поставить точку в незавершённом предложении. - Ты зря меня сюда привез. Рано или поздно они снова выйдут на меня.

Отредактировано Svante Ansell (2025-04-15 16:35:24)