Вообще первой его мыслью было пойти одному. Он даже взвешивал все за и против, выписал их на отдельный листок бумаги, но такое упражнение показало только то, что аргументов против гораздо больше, чем за, и каждый весит куда больше, чем любая причина отправиться гонять за Анной Рипли в одиночку. Он еще долго сидит над исписанным листком, на котором все: причины, детали, возможные последствия того или иного решения, пока ночь окончательно не проглатывает Уайтстоун, крадя у него время на размышления.

Если решать, то решать прямо сейчас. Прошло уже достаточно времени, которое потеряно безвозвратно  — за два дня Анна Рипли наверняка не только покинула Уайтстоун и окрестности, но и смогла спрятаться где-то, чтобы зализать раны и решить, что делать дальше. И правда, что дальше? Перси переворачивает листок, снова начинает писать: какие у беглянки есть варианты, особенно теперь, когда у нее нет руки, нет денег, нет связей? Есть только чертежи, черновики которых он нашел в ее мастерской, и которые и заставили его задуматься о том, чтобы пойти по следу. Перси несколько раз подчеркивает и обводит слово «схемы», ставит несколько знаков вопроса и скашивает взгляд на бумаги, которые частью обгорели, частью размокли и утратили четкость, но не смысл. Даже обрывков достаточно, чтобы понять, что с такими знаниями оставлять доктора Рипли на свободе опасно.

«Оправдания?» — он сам не замечает, как записывает это слово ниже, с вопросительными знаком. Перси хмурится, комкает листок и небрежно кидает в огонь. Может, гори оно все. Они победили. Брайарвудов больше нет, нет демона и невольно подписанног контракта, зато есть Кас, и родной замок, и ребята, которые прикрыли спину в момент, когда он этого не заслуживал. Отправиться за Рипли сейчас — значит все это оставить позади. В самый неподходящий момент.

— Эммм... Векс? А я тебя искал...

Он врет, и не очень умело. Выглядит он как кто-то, кто среди ночи собрался куда-то по делам, и дела эти явно не мирного толка: Перси взял с собой то, что мог, кое-как привел в приличный вид прототип Рипли, раз уж его пушку Скэнлан утопил в кислоте, набрал пороха, прихватил и «Плохую весть», на всякий случай. Он чувствует, как щеки наливаюстя краской, и знает, что Векс мгновенно его расколет — и все-таки оставляет ей шанс сделать вид, что она его на заднем дворе замка не видела, и понятия не имеет, куда он пропал.

— Я... ммм... собирался прогуляться, проветрить голову. Не думал, что тебя тут увижу.

Перси поздно спохватывается, что сам себе противоречит, но брать слова обратно уже поздно. Остается лишь принять свою судьбу и придумать, как он будет с ней объясняться.

[indent]— Ммммм... да. Ты права. Пожалуй.

[indent]Векс всегда права. Она сама так говорит, а Перси и не думает с этим спорить — он по пальцам руки может пересчитать, сколько раз она ошибалась, да и то в тех случаях в ее просчетах виновата была не она сама, а обстоятельства, чужая глупость или досадная случайность. Перси поправляет очки, настойчиво глядя в сторону, а не на Векс, которая с него глаз не сводит, и под этим взглядом ему привычно неуютно.

[indent]Она его насквозь видит. Как если бы он перед ней стоял без одежды, нагой и с душой нараспашку, и от этой мысли к щекам резко приливает кровь — Перси прочищает горло, поправляет лямку вещевого мешка, в котором, аккуратно сложенная, ждет своего часа Дурная Весть. Старается прогнать мысль, что вообще-то он совсем не против был бы, чтобы Векс его раздела не только фигурально, но и натурально. Им это сейчас совершенно ни к чему. С него еще причитается правда о причинах его вылазки, и хотя Векс наверняка уже все  поняла и обо всем догадалась, сама она и за что не озвучит. Будет ждать, пока он сам не признается.

[indent]— Я собираюсь догнать Рипли, — говорит он, наконец, таким тоном, будто ожидает от Векс осуждения. На самом деле не ожидает — з ее готовностью составить ему компанию читается понимание истинных причин прогуляться в глуши среди ночи, в полной боевой готовности и тайком ото всех, и, думается  ему, если бы она хотела его осудить или остановить, она бы уже это сделала. 

[indent]Сейчас ему бы пригодился листок бумаги и перо, конечно.

[indent]— Не чтобы убить, — поясняет он спешно, чтобы сразу пресечь возможные протесты Векс. В памяти еще жив  болезненный опыт изгнания демона, которому он душу Рипли задолжал.  Перси не собирается рисковать. Но и оставить бросить опасную преступницу тоже не может, и он уверен, что Векс поймет. — Я хочу привести ее обратно в Уайтстоун и судить справедливым судом в присутствии всех тех, кому она причинила страдания.

[indent]Тайком он думает, может, Кассандра и ее заколет, как Делайлу. И не придется платить дань демону, и Рипли получит по заслугам. Но до этого еще далеко.

[indent]— Как тебе такая прогулка? — уголок губ дергается в легкой улыбке. Векс, в конце концов, охотница, она должна оценить такую достойную добычу.

[indent]Зря он в ней, конечно, сомневался. Векс не только не осуждает его желание догнать Рипли, но и с готовностью берется за дело - сразу становится легче дышать и у него самого прибавляется решимости и уверенности в том, что у них получится. В себе бы он сомневался, но с ней из шансы вырастают в геометрической прогрессии и уже не кажутся слабыми. Возможно, ему надо было сразу попросить ее о помощи. Возможно, ему стоит сказать ей об этом сейчас, и повиниться еще раз за то, что опять позволил себе в ней сомневаться.

[indent]- Подозреваю, что в этих лесах водится что-то похуже волков, - рассеянно замечает он, глядя по сторонам и разглядывая сизы подлесок, который все еще напоминает о том, что смерть долго жила в этих землях. - Сомнительно, чтобы чудовища Делайлы вот так взяли и рассыпались или разбежались после ее смерти. Так что,  - Перси как будто что-то вспоминает, улыбается ей, - даже не подумаю отходить от тебя.

[indent]Иногда ему кажется, что ему все это мерещится, вот прямо как сейчас. Снова хочется достать листок бумаги и выписать туда все слова Векс, в которых ему виделись намеки, флирт или признания, которые он списывал на свою фантазию или желание выдать желаемое за действительное. Но бумаги и чернил у него нет, приходится обходиться собственной памятью и чутьем. Перси делает шаг в ее сторону, сокращает дистанцию, так, что их плечи почти соприкасаются.

[indent]- Я бы хотел извиниться,  - говорит он после паузы. - За ... вот это вот. Надо было сразу прийти к тебе и выложить все, как есть. Я думал, ты будешь против.

[indent] И у нее были все основания быть против, если задуматься. Новый Пеппербокс еще не опробован в полевых условиях, его рука еще не до конца зажила, но это все не главное - Перси опасался, что она решит, что он снова встал на тропу мести, с которой собрался сойти и сошел уже, и он не смог бы убедить ее в том, что это не так.

[indent]— Напомни потом скупить все вкусняшки в Эмоне для Тринкет, — Перси наблюдает за тем, как медведь принюхивается по-собачьи, совсем не так, как это должны делать медведи. С другой стороны, что он может знать о том, как себя ведут медведи и другие дикие звери? В конце концов, он долгое время был уверен, что Тринкет это она, совершенно не умея отличить медведя от медведицы. Может, с тех пор Тринкет его и недолюбливает.

[indent]— Не знаю, что я бы без вас делал в этом предприятии, — Перси трет шею, проводит ладонью по волосам. Это чистая правда. Сейчас уже совершенно очевидно, что он бы никогда не взял след Рипли без помощи Векс, которая знает, что искать, куда смотреть, слушает лес и поле, разбирается в типах следов в грязи и на мокрой траве. — А тебе что купить?

[indent]Закрома Уайтстоуна пусты после долгого и разрушительного правления Брайарвудов, и не то, чтобы он может купить ей все, что она захочет. Но в Эмоне с них теперь должны снять все обвинения, вернуть титул и регалии, и они будут дураками, если не потребуют компенсации за эту несправедливость, в придачу еще и к тому, что они избавили регента от большой головной боли, избавили от контроля и проблемы в целом регионе. Скэнлан уже эту мысли озвучивал, и Перси не помнит, чтобы кто-то возражал.

[indent]С другой стороны, может, лучше что-то сделать ей своими руками. Если он что-то и знает и понимает о Векс, это то, что роскошь и статусные вещицы ее не особо интересуют, и, скорее всего, она бы попросила годовой запас стрел, если бы могда выбрать все, что душа желает.

[indent]— Да. Понял. По ногам.

[indent]Настроение между ними меняется — легкую веселость сменяет тяжелое напоминание о причине, которая выгнала их из уюта и безопасности Уайтстоуна на большак, который проходит по землям, много лет находившимся под тиранией вампира и безумной некромантки. Древо Солнца не сумело бы очистить их от скверны и за полгода, что говорить о нескольких днях, что прошли с тех пор, как все закончилось — это дает им с Векс преимущество перед калекой, просидевшей не один месяц в подземельях у прошлых хозяев этого края. И все-таки, Рипли опасна. Перси хочется возразить Векс, напомнить ей о том, с кем они имеют дело, и о том, к чему она причастна и в чем виновна — спохватывается за мгновение до того, как с языка слетает глупый и неуместный вопрос "зачем?".

[indent]Это была его идея поймать ее, не убивая. Потом приволочь обратно в Уайтстоун и судить а глазах у людей, которые имели несчастье оказаться во власти Брайарвудов. Векс лишь напоминает ему о его собственном намерении. Снова бережет от него самого, выходит.

[indent]Перси нервно трет шею, поправляет очки на переносице.

[indent]— Если, конечно, эта рухлядь вообще стреляет, — он вытаскивает из кобуры восстановленный прототип, который опробовал только на тренировочных мишенях. — На всякий случай, я пойду вперед. Не стой на линии стрельбы. Не хочу в тебя случайно попасть.

[indent]Он запинается, рассматривает грубый металл незаконченного оружия, которое непривычно лежит в руке.

[indent]— Мне не понравилось тебя держать на мушке.

[indent]Они толком не обсуждали то, что случилось  подземельях Уайтстоуна, когда демон требовал обещанную ему душу Делайлы, и когда Векс встала между ней и дулом пеппербокса, чтобы не дать сущности получить желаемое. Перси понимает, что сейчас вряд ли лучшее время и лучшее место для подобного разговора, и все же это кажется до странного уместным — в конце концов, душа Рипли тоже была обещана, и страх снова потерять контроль является главной причиной, почему он так не хочет ее убивать. Что, если в этот раз вмешательства Векс будет недостаточно? Что, если в этот раз Векс пострадает серьезнее, и не отделается просто царапиной?

[indent]Перси кивает, чувствуя, как шевелятся и встают дыбом короткие волоски на шее сзади. Он вдруг понимает, что не думал дальше этого момента — его план ограничивался расплывчатым "найти, поймать и притащить обратно", но в деталях он его не продумывал. Как будто надеялся в глубине души, что они ее не найдут, и не придется предпринимать никаких шагов и не нужно будет ничего решать.

[indent]Ему стоило подумать об этом, когда он приглашал Векс с собой — она бы нашла Рипли и в нижних кругах Ада, если бы была такая необходимость, выследила бы в маркетских пустынях и ледниках над Васселхаймом, и потому винить сейчас Перси может только себя.

[indent]Он проверяет на всякий случай прототип, двигается осторожно, стараясь не издавать ни единого лишнего звука. Векс сказала стрелять по ногам, и именно так он и собирается поступить — если и есть в голове мысль о том, что надежнее было бы просто сразу убить, не дожидаясь разбирательства и суда горожан над ней, то она звучит как эхо, слабое и удаляющееся куда-то вдаль по коридорам памяти. Перси не дает себе прислушаться к нему, попытаться разобрать, что оно ему нашептывает. Это значило бы не просто ступить на прежнюю опасную тропу, это значило бы обесценить риск, на который пошла Векс в подземельях Уайтстоуна, когда бросилась собой закрывать Делайлу от его пули. Он нисколько не приукрашивал, когда говорил, что ему не понравилось в нее целиться. От самой мысли, что он мог ей навредить, внутренности скручивается в тугой жгут, и тянет опорожнить желудок.

[indent]Наконец, убедившись, что все работает — настолько, насколько это возможно — Перси еще раз ловит взгляд Векс, еще раз едва заметно кивает. Они договорились, что он пойдет вперед, и Перси выходит из тени на тропу, на которой должна вот-вот появиться Рипли. Теперь уже и он слышит ее: треск веток, шуршание подлеска, тяжелое натруженное дыхание — и крепче сжимает пеппербокс в руке, чувствуя, как подрагивает палец на курке и локоть, из-за того, как сильно ему хочется вскинуть руку и сразу взять ее на прицел.

[indent]Он не рискует. Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем он снова будет себе доверять?

[indent]— Анна Рипли, — голос хриплый, словно он давно не говорил, — мы с тобой не закончили.

[indent]Рипли не сразу замечает его, вываливаясь на тропу из густого подлеска. Выглядит она хуже, чем когда он видел ее последний раз в катакомбах под замком: одежда изорвана, лицо вымазано в грязи, а кожа на культе как будто воспалилась и начала гнить. Ои встречаются взглядами. Рипли вскидывает здоровую руку. Перси стреляет.

[indent]Пуля попадает в дерево по правую руку от Рипли, и та инстиктивно закрывает лицо рукой. Только теперь Перси понимает, что у нее нет оружия.