Черные широкие кресла выглядели так, словно это не "Сапсан", а бизнес-класс в каком-нибудь "Боинге". Только знакомое здание ленинградского за окном напоминало о реальности. Хорошо поставленный женский голос разносился из динамиков под потолком:
- С появлением поездов нового поколения дорога между Петербургом и Москвой перестала быть компромиссом. Теперь разница между перелётом и поездкой почти не ощущается: современные вагоны, продуманный интерьер и комфорт на всём пути делают путешествие...
Антон покачал головой и отгородился от звучащей бодрой рекламы наушниками, отвернувшись к окну. Мир менялся. Надя собиралась в университет, на тот факультет, где когда-то учился юный вампир Саушкин, и заплетала волосы в десятки косичек хитрыми заклинаниями, выученными с подружкой на два года младше, слабой целительницей шестого уровня.
Все менялось, а игры старые. Из-за одной из них Городецкий и ехал в разгоняющемся скоростном поезде в свою небольшую командировку, первую за... наверное, со времен Эдинбурга.

Поездка действительно почти не запомнилась - в первую очередь из-за скорости, во вторую из-за ненавязчивого обслуживания, что всегда приятно. Неприятное ждало Антона уже на месте. Московский вокзал, зеркальный Ленинградскому, был совершенно нейтрален с точки зрения обычного человека, но с изнанки, на первом слое сумрака, совершенно зарос мхом. Синий паразит создавал причудливые арки, сталактиты и колонны.
Под одной из особенно широких колонн, которую даже люди из реального мира обходили, ощущая беспокойство, его ждал Тёмный. И если раньше Городецкий ощущал бы перед ним острое чувство беззащитности, сейчас их силы были примерно равны. Ну, разве что этот конкретный Тёмный был заместителем Завулона по оперативной работе, а не кадрам, но они (Антон надеялся) и не драться собрались. Не друг с другом хотя бы.
Городецкий не стал протягивать руку первым, но приветственно кивнул. Между ними еще не случалось прямых столкновений, и поводов для особой нелюбви не должно быть.
- Доброе утро, Юрий, - вокзальные часы как раз показали ровно 11 утра, - Может быть, пешком пройдём до дворца? Я здесь последний раз ещё человеком был.

Я увидел это именно в тот момент, когда тёмный протянул руку, улыбаясь мне чеширским котом. Сила, впитанная им; наверное, кто-то опытнее увидел бы это заранее и не стал бы заигрывать с ним в человеческое, но останавливаться сейчас, на середине движения, было бы глупо. И, вероятнее всего, это можно будет счесть за конфликт, потому что иной такого уровня и возраста не стал бы демонстрировать это, не будучи уверенным в своём праве.
Вряд ли это даже была зловредная провокация, а не обычная самодовольная демонстрация возможностей.
Чужую ладонь я, естественно, пожал, и выражения лица не изменил, но настроение так или иначе скакнуло вниз. Каким бы путём Юрий не взял всё то, что сейчас излучал вместе с улыбкой успешного интеллигента, многим людям пришлось ради этого пережить не лучшие минуты в своих жизнях. В последние годы это не так сильно колет меня, как в те уже далекие дни, сделавшие меня знаменитостью в обоих дозорах Москвы. Ольга бы усмехнулась - мне всегда легче, стоит представить её насмешливый и одновременно слишком серьезный голос за плечом.
Когда это плечо сжимали, будто не замечая куртки, острые совиные когти. А над городом мелькало Инферно, поднимаясь среди многоэтажек ужасающим торнадо. Давно это было, Антон Городецкий с того времени, хочется верить, вырос хоть немного.

В любом случае, планов я не поменял, и неопределенно качнул головой, двигаясь в направлении выхода. Смысла играть в молчанку на столь раннем этапе тоже нет.
- Заранее ведь и не скажешь. Иначе бы нас не отправляли, - я развел руками, заодно придержав массивную дверь. И взглянул в изменчивое питерское небо, решив перечислить сперва то, что мой собеседник и так наверняка знает и просчитал ещё до того, как я узнал (весьма скудные) подробности своего задания, - Понимаешь, во-первых, не очевидный это выбор. Можно найти достаточно магов подходящего уровня, даже когда выяснилось, что слабых оно... отсеивает. Чем бы ни было.
И это тоже было правдой. И разговор об этом с Гессером был, хоть и короткий. Опять же, спустя столько пережитых операций Дневного и Ночного Дозоров, я уяснил, что одна фигура не заменяет другую, даже если с точки зрения чистой силы разницы мало. Если бы дело было только в силе как таковой, тёмные задавили бы числом задолго до моего появления на свет, не говоря уж о выборе, сделанном в Сумраке. Если шефу зачем-то нужен я, а Завулон выставил взамен именно Юрия, в этом есть смысл.
Пока неизвестно, какой, и как будто такой, что мне не понравится, когда наконец придется догадаться о нём. Наверное, эта мысль отразилась на моём лице или, может быть, взгляде, так что я усилием воли перевёл глаза обратно в небо, на лепнину домов по ту сторону Невского, и расправил плечи. Так-то я знал, что защищён от вмешательства извне, прошлым вечером амулеты мне подбирала как раз Ольга, напоследок снявшая одно из колец с собственных пальцев. Тяжелый перстень - и не в плане металла.
- А во-вторых, в том и дело, что ничего не понятно, - сказал я уже более уверенным тоном, - Гадай не гадай, а начальство не перегадаешь. И вот это уже само по себе подозрительно, да?